Пилить стулья и ломать стереотипы: маркетолог о том, как уйти в ручной труд

Анастасия Писарева устала сидеть за ноутбуком и решила попробовать себя в столярке. Теперь в ее жизни — запах дерева, мастер-классы и выставки современного искусства. Этот разговор — про то, почему важно не бояться учиться с нуля и ломать стереотипы про «неженские» профессии.

Как все началось

— Чем ты занималась до того, как появилась мысль уйти в столярку?

— Я работала и продолжаю работать маркетологом и SMM-специалистом. Почти вся моя жизнь проходит в телефоне и компьютере: задачи, переписки, проекты — все виртуально. В какой-то момент я поняла, что просто устаю так жить. Хотелось заняться чем-то реальным, руками, где сразу видишь, что ты сделала.

— Почему именно дерево? Был какой-то момент, который подтолкнул?

— На самом деле мысль работать с деревом была со мной давно. Мы с парнем как-то выбирали подарок для ребенка на день рождения, зашли в магазин игрушек — и я поняла, что все какое-то ненастоящее. Захотелось подарить деревянную игрушку, простую, «честную». Тогда я даже предлагала ему делать такие игрушки вместе, но идея заглохла. Зато она где-то внутри сидела все это время.

— Помнишь, с чего начался твой реальный переход?

— Да. Знакомая отправила старые стулья на реставрацию. Я зашла к мастеру на страницу и увидела его работы. Что-то щелкнуло — я просто написала ему: «Привет! Я хочу попробовать, можешь меня взять?» Честно говоря, я и сама не верила, что он согласится. Но он ответил «да» — и все завертелось.

— Тебя не пугало, что не было никакого опыта или профильных курсов?

— Сначала, конечно, было страшно — я никогда не держала в руках все эти инструменты так серьезно. Но у меня уже был опыт работы руками: мы с подругами делали инсталляции для выставок, строили конструкции для фестивалей — там тоже приходилось много пилить, сверлить, красить. 

У меня было базовое понимание, что дерево — это не страшно. А в мастерской всему учил мой наставник. Мне всегда проще делать и учиться на практике, чем сидеть месяцами на лекциях. Так что для меня это было прямо то, что нужно.

Первый опыт и страхи

— Ты решилась пойти в мастерскую без опыта. Были сомнения, что не справишься?

— Конечно, были. Самое страшное в начале — это что ты возьмешь чужую старую мебель и просто все испортишь. В реставрации ты всегда работаешь с вещами, которые для людей что-то значат. И страх сломать, испачкать или сделать хуже был большой. Но со временем я поняла, что почти все можно исправить. Что-то склеить, подкрасить — если что-то пошло не так, это еще не конец света.

— Помогал ли тебе кто-то преодолевать эти страхи?

— Моим самым большим ресурсом был мой наставник — мастер Саша. Он всегда подходил спокойно: если я что-то ломала, он говорил: «Ничего страшного, все склеим».

Для меня это было важно, потому что он не ругал и не делал из этого трагедию. Благодаря ему я быстро перестала бояться ошибок. Вообще в ручной работе главное — пробовать и не бояться, что не получится идеально с первого раза.

— А близкие как отреагировали? Столярка считается «не женским делом».

— Ну да, родители сразу начали говорить, что «ни один мужчина не будет общаться с женщиной, которая все время пилит и таскает доски». Это смешно, но в тот момент было обидно. У нас с ними вообще часто разные взгляды на жизнь.

Мне кажется, меня всегда смешили эти стереотипы про «женское» и «мужское». У меня с подросткового возраста короткая стрижка, я почти не пользуюсь косметикой — мне просто комфортно быть такой, какая я есть.

— Что тебе помогло не сломаться под этим давлением?

— Наверное, внутреннее чувство свободы. Мне всегда было интересен феминизм, я много читала, общалась с людьми, которые не делят дела и профессии на «женские» и «мужские». 

Помогли друзья и мое творческое окружение — они никогда не смотрят, как ты выглядишь или что «должна» делать женщина. В этом есть кайф: пилить дерево и знать, что ты ломаешь чужие стереотипы просто фактом своего существования.

Творческое объединение и параллельные проекты

— Расскажи подробнее про ваше творческое объединение. Чем вы занимаетесь?

— Мы называемся fansociété (фансосишки). Нас шесть человек — подруг, которые вместе делают классные вещи. Все началось с того, что мы придумали «компотники» — это такие небольшие городские мероприятия вокруг идеи домашнего компота и локальной еды.

Потом стали развиваться: делаем выставки современного искусства, инсталляции, сет-дизайн для фестивалей. Постепенно появлялись новые форматы — от перформансов до художественных мастерских.

— А что тебе лично дало участие в этом объединении?

— Мне кажется, именно там я набила руку работать руками. Мы строили конструкции, что-то резали, красили, собирали на коленке — и это был лучший тренинг.

Это развило насмотренность: ты начинаешь иначе смотреть на материал, придумываешь, из чего и как можно собрать что-то необычное. Теперь я могу спокойно зайти в кафе и разглядеть, из чего сделана барная стойка или как крепятся светильники.

— Есть проект, которым ты особенно гордишься?

— Да много таких! Например, мы делали выставку, где собирали огромную световую инсталляцию практически из подручных материалов — и все монтировали сами. Было страшно, но очень круто. 

— Ты говорила про синдром самозванца. Это про творчество или про столярку тоже?

— Честно, в столярке он у меня меньше проявляется — потому что ты видишь результат тут же: сделала — получилось. А вот в творческих проектах всегда сидит червячок: «А что если это все никому не нужно?», «А вдруг это глупо?»

Особенно поначалу было тяжело — мы не художники по образованию, не кураторы, все делали на энтузиазме. Но потом поняла, что если люди приходят, смотрят и реагируют — значит, ты делаешь что-то правильно. И с этим чувством проще жить.

Чему научила практика

— Оглядываясь назад, какой самый важный урок ты для себя вынесла?

— Для меня главный урок — знание, что всегда можно спросить. Я раньше стеснялась предлагать свою помощь или просить о ней; думала, что если я чего-то не умею, значит, мне туда не дорога. 

Если бы я тогда не написала мастеру с просьбой взять меня, ничего бы не случилось. Так что теперь я уверена: если ты не спросишь — ты точно не получишь шанс.

— А еще?

— Второе — не бояться ошибаться. Я ломала мебель, делала не так, но потом понимала: все можно исправить. Почти все можно склеить или переделать, особенно в реставрации. Сейчас я даже спокойнее отношусь к тому, что что-то может пойти не по плану.

— Ты говорила, что раньше работала с материалами на выставках. Как практика изменила твой взгляд на вещи?

— Со временем ты начинаешь быстрее соображать, что и из чего можно сделать. В начале мы тратили кучу времени на придумки, а теперь я могу глянуть на материал и сразу представить, что из него выйдет. Плюс в выставках мы недавно начали пробовать световые элементы — это тоже расширяет мышление, ты уже не боишься сложных комбинаций.

— Ты еще проводишь мастер-классы. Как это направление появилось?

— Мастер-классы выросли очень органично. Когда я сама научилась чему-то простому, мне захотелось этим делиться. Мне нравится собирать людей, давать им в руки дерево и показывать, что это не страшно. Мы уже делали с друзьями подсвечники, светильники — и я поняла, что в этом есть огромный кайф.

Для людей это что-то новое и очень «земное», особенно для тех, кто сам постоянно сидит в телефоне. Мне хочется развивать это направление дальше.

Про совмещение и жизнь «в нескольких ролях»

— У тебя столько всего: столярка, реставрация, выставки, еще и СММ, еще ты учишься в магистратуре. Как ты все успеваешь?

— Ну, если честно, иногда не успеваю! (смеется) У меня есть основная работа — SMM и маркетинг, есть столярка, творческое объединение и сейчас еще магистратура по психологии.

Плюс я помогаю как социолог в проектах по благоустройству малых городов. Все это живет параллельно. Иногда что-то выходит на первый план, что-то отходит на второй — это нормально.

— Что тебе помогает не перегореть при таком ритме?

— Наверное, честность с собой. Cтараюсь слушать себя: если понимаю, что все, перегрелась — могу устроить день полного безделья и не винить себя за это. И меня спасают мои люди — друзья и партнер.

Мы много общаемся, ездим отдыхать, я не чувствую, что все время только работаю. И еще мне помогает, что все, что я делаю, действительно интересно. Если бы я делала это «потому что надо», я бы точно давно устала.

— Есть ли у тебя какие-то правила тайм-менеджмента?

— Супержесткой системы нет. Веду календарь на телефоне, туда записываю все рабочие дела и дедлайны, чтобы ничего не забыть. Плюс у меня есть избранное в Telegram — туда тоже кидаю важные задачи или идеи.

Но самый главный принцип — гибкость. Если что-то важнее именно сейчас, я переключаюсь и не корю себя за то, что другое подождет. Наверное, это единственный способ выжить, когда у тебя пять ролей параллельно.

Что вдохновляет

— Есть ли у тебя люди, которые тебя вдохновляют? Может, кто-то из сферы столярки или выставок?

— У меня нет кумиров в профессии. Но есть типаж людей, на которых я равняюсь. Это обычно женщины, у которых есть семья, дети и при этом какая-то деятельность, в которую они погружаются с азартом.

Мне безумно нравятся люди, которые могут часами рассказывать о своем деле с блеском в глазах. Ты слушаешь их и сам наполняешься этой энергией. Таких женщин несколько, я слежу за ними в соцсетях. Они показывают, что можно успевать быть и мастером, и мамой, и человеком с хобби, и при этом не терять себя.

— Откуда берешь вдохновение для ваших выставок и инсталляций?

— Мне кажется, все начинается с насмотренности. Когда мы только начинали, приходилось постоянно искать референсы — теперь это уже привычка. Я могу зайти в кафе, потрогать столешницу, постучать по стенам — мне всегда интересно, из чего все сделано.

Pinterest — наш главный помощник: там можно залипнуть на час, и вдруг родится идея, как это адаптировать под нашу тему. Но самое ценное — просто внимательно смотреть по сторонам и не бояться задавать вопросы. Мне кажется, у меня это уже встроено в голову: «А как это можно сделать своими руками?»

Мечты и планы

— О чем ты мечтаешь сейчас? Есть что-то большое, к чему хочется прийти?

— Если глобально, я мечтаю о своем доме — хочу старую усадьбу где-то в деревне. Мне очень нравится идея взять что-то с историей, отреставрировать и дать этому новое дыхание. А еще мечтаю делать сыр — не знаю, почему, но мне кажется, в этом есть что-то теплое и честное.

И пусть в этой усадьбе можно будет принимать гостей, показывать им мастер-классы, делать выставки — чтобы все было связано с ручным трудом и общением.

— Ты себя вообще видишь в одной профессии навсегда?

— Я никогда не привязываюсь намертво к одной роли. Для меня важно оставлять себе пространство на то, чтобы меняться, учиться чему-то новому. Но при этом я не из тех, кто легко бросает — наоборот, если уж начинаю, стараюсь оставаться в этом подольше. Наверное, мне нравится мысль, что можно делать разные дела с «длинным дыханием» и в каждом находить свой кайф.

— Что для тебя самое важное во всем этом опыте?

— Для меня все крутится вокруг настоящего труда. Мне нравится, что руками ты видишь результат сразу — нет этой вечной «виртуальной задержки». И еще мне важна свобода: свобода пробовать, меняться, не бояться начать с нуля и не бояться ошибок.

Кризис — это шанс встретиться с собой. В работе руками ты это особенно чувствуешь: где ошибся — там и исправишь.

Я верю, что в жизни не обязательно все распланировать до конца — главное честно смотреть, что хочется именно сейчас. Все остальное можно склеить и собрать заново, как старый стул в мастерской.