Я никогда не крашусь и не понимаю, зачем это делать

Я из тех женщин, которые просыпаются утром, умываются, пьют кофе — и идут по своим делам. Никаких слоев основы, тона, пудры, румян, хайлайтеров и бронзаторов. У меня нет косметички. Есть лицо. И, знаете, оно меня устраивает.

Нет, я не протестую против пудрениц и кисточек, не сжигаю тушь на костре феминизма. Я просто правда не понимаю, зачем все это нужно. Никогда не понимала. 

Наконец, я просто не хочу размазывать по лицу цветную грязь каждое утро, чтобы весь день тревожиться, не размазалась ли она еще сильнее, а вечером ее тщательно смывать и облегченно вздыхать: наконец-то лицо чистое. Мой путь — просто держать его чистым все время. 

Пять слоев естественности 

Вдумайтесь: макияж — это ритуал, во время которого наносят на лицо разные по текстуре, цвету и составу химические вещества, чтобы выглядеть… ну, кем-то. Не собой, а версией себя, в которой ты не устала, не болеешь, не стареешь.

Ты берешь кисточку, потом спонжик, потом еще кисточку — и покрываешь лицо слоями жидких и сухих веществ, которые остаются на коже на весь день. Это называется — «ухоженная». 

Хотя ухоженность — это другое. Здоровье, бодрость, чистота, аккуратность — вот это ухоженность. А  с макияжем ты не ухоженная, ты инженер в области светотени.

И самое главное — это видно. Ни одна женщина с макияжем не выглядит просто свежей, умытой, молодой: она выглядит женщиной, чье лицо покрыто красками с той или иной степенью ловкости. 

Но почему-то это считается важным, в некоторых случаях и необходимым: показать, что эти краски на тебе есть.

Получается, красота — это когда все видят, что ты постаралась быть «красивой». Как надеть платье этикеткой наружу: «Смотрите, оно дорогое, я потратилась». 

Стыд и маркетинг

Мне всегда казалось, что идея макияжа живет где-то на пересечении стыда и маркетинга. Сначала женщин убеждают, что без пудры они выглядят плохо, потом — что эту пудру нужно менять каждые три месяца.

Мне говорили: «Без макияжа ты иногда выглядишь усталой». Ну да, это вполне вероятно. Потому что я устала. Потому что не спала, потому что работала, потому что у меня идет жизнь, а в ней бывают разные моменты. Чтобы выглядеть лучше, мне нужно отдохнуть, логично?

Нет. Правильный ответ — не отдых, а консилер. 

Я бы еще поняла, если бы речь шла исключительно об уходовой косметике: допустим, сухая кожа причиняет физический дискомфорт, ее полезно и приятно смягчить увлажняющим кремом. Главное — не превратить уход в одержимость. 

Многие гигиенические процедуры и средства облегчают жизнь, помогают следить за собой и повышают уровень комфорта. Это как раз понятно. Но помада на губах и тушь на ресницах — не про это.

Дресс-код для лица

Макияж — часть общественного договора: если ты «нормальная» женщина — ты красишься. Так надо, потому что «так принято». Не накрасилась — не уважаешь себя и окружающих. Накрасилась — уважаешь. 

Если у тебя нет на глазах пятен теней, на щеках — румян, а на губах — вязкой цветной массы, то какой же из тебя член общества. Стыдно тебе должно быть, вот что. 

Особенно активно концепцию «уважения» с помощью туши и помады продвигают те сферы, где женщины «работают лицом». 

Одна моя подруга трудилась какое-то время на ресепшене бизнес-центра. Она была вполне хорошей специалисткой: не путала задачи, управлялась с местной телефонной станцией, вежливо и дружелюбно общалась с сотрудниками и посетителями. Минус у нее был один: она не хотела на работу краситься.

Отдел кадров долго пытался убедить ее, что таков «дресс-код», а она настаивала, что необязательно наносить на лицо узоры и разноцветные пятна, чтобы переключать звонки и рассказывать, в каком офисе кто сидит. 

В итоге она ушла по собственному желанию — и нашла место, на котором не нужно было в дополнение к рабочему дню убивать время на то, чтобы нарисовать себе новое лицо.

В чем логика такого «дресс-кода», что должны символизировать густо-черные ресницы и кукольная гладкость лица менеджера на ресепшене? Что она потратила на это время? Что у нее есть деньги на все эти средства? Что она соблюдает общественный договор? Видимо, последнее.

«Во-первых, это красиво»

Я могу сколько угодно возмущаться тем, что общество подталкивает меня мазюкать лицо чем попало, и наотрез отказываться это делать. Но признаюсь честно: макияж на других мне нравится.

Ну правда, это завораживающе. Люди уже тысячи лет делают с собой что угодно во имя красоты. Рисуют, бинтуют, вставляют, удаляют. Вытягивают, укорачивают. Иногда эти процедуры безобидны, иногда — болезненны и даже опасны. Неважно, красота требует жертв. 

Макияж — прямой потомок напудренных париков, фальшивых родинок и китайских лотосовых ножек. Родственник неестественно длинных шей, растянутых до плеч мочек ушей и пробитых толстыми штырями щек. «Для красоты» люди во все века творили удивительные вещи — и мы продолжаем их творить. 

Мы живем в эпоху, где женщины рисуют себе носы и делают на лице татуировки. Контуринг — это буквально нарисованный нос, татуаж бровей — удаление собственных естественных волосков, чтобы на их месте нарисовать другие, более «красивые». 

Как наблюдателя меня это не раздражает, а восхищает своей трудоемкостью. 

И в то же время это напоминание: человеческое общество отчаянно нуждается в условной, понятной, заранее оговоренной «красоте». В правилах, позволяющих точно знать, что красиво, а что нет. В четких сигналах: вот так — красиво, нарядно, достойно. По-другому — неправильно, неуважительно, вызов обществу и полный игнор молчаливых договоренностей. 

Модный макияж — своего рода карнавальный костюм: временный, неестественный, непрактичный, почти театральный. Только в этом спектакле никто не считает себя участником. Все делают вид, что это просто жизнь.

Лицо как вызов

Самое забавное, что «не краситься» в нашем обществе — не норма. Это жест, почти лозунг. Вызов обществу. Люди начинают трактовать твое ненакрашенное лицо: наверное, ты феминистка; наверное, тебе все равно, как ты выглядишь; наверное, у тебя депрессия.

А может, мне просто лень? А может, я не хочу тратить деньги и время на то, что не приносит радости? А может, мне нормально с моим лицом, оно меня полностью устраивает в голом, неразрисованном виде? 

Порой возникает ощущение, что своим лицом я причиняю окружающим дискомфорт. Люди стараются, производят тюбики и флакончики, развозят по миру, рекламируют, а я этим пренебрегаю — как будто это вовсе неважно. Что же, выходит, они делали все это зря? 

Поэтому я часто слышу осуждение, мне говорят, что проблема, «неправильность» — это отсутствие краски на лице, а не ее наличие.

Меня это, в общем, не тревожит — до тех пор, пока происходит без моего участия. В конце концов люди делают это по любому поводу. Осуждение тех, кто по той или иной причине не соблюдает «общественный договор», — универсальная история.

Но на самом деле я ничего своим голым лицом не доказываю и не показываю. Я не протестую против макияжа, не против тех, кто его обожает. Я просто делаю так, как мне удобно, и считаю, что у меня есть право на выбор. 

А настоящий выбор — это когда ты можешь краситься и можешь не краситься. И оба варианта — это нормально, ни один не вызывает вопросов, недоумения или осуждения.

Для меня красота — не в слоях, не в контуринге, не в палетке. Красота — в том, чтобы утром открыть глаза, умыться, посмотреть на себя — и не захотеть перерисовать то, что видишь, во что-то совсем другое.