«Главное, что все живы и здоровы»: почему раньше у родителей было меньше поводов для тревог

Вижу в соцсетях, как нынешние 30-летние с горечью и обидой отзываются о родителях. Мол, тем досталось легкое время: никто не ждал от них чудес воспитания, достаточно было ребенка одеть, обуть, накормить и в школу отдать. А сейчас эти родители — свободные бабушки и дедушки, которые живут для себя. 

Нынешним же мамам и папам приходится вкладывать огромные эмоциональные усилия, зачастую справляться без помощи. Но это не избавляет их от чувства вины.

А я в корне не согласна с тем, что раньше родителям было легче. Даже если мамы и папы из 1980-х и 1990-х и тем более раньше, были несколько «прохладнее», не знали об эмоциональном интеллекте и не умели активно слушать, далеко не все они вешали детям ключ на шею и забывали о ребенке с 8:00 до 19:00.

Почему модно жаловаться на родителей

Конфликт поколений — не редкость, но, кажется, что сейчас все воюют против всех: зумеры против миллениалов, женщины против мужчин, взрослые против подростков. И противостояние условных родителей и бабушек-дедушек — часть общего хайпового настроения.

Тренд рассказывать в соцсетях, как плохо вы жили в детстве и как тяжко вам быть хорошим родителем, собирает множество откликов. Люди рассказывают свои печальные повести и читают чужие комментарии. Так рождается чувство не очень здоровой, но общности, замешанное на коллективной обиде. 

Почему я не согласна, что нашим родителям было легко

Когда я читаю эти истории и тем более, когда я слышу обобщенные высказывания, что, мол, поколения родителей до нас, нынешних, было не так загружено детской жизнью, мне становится обидно за моих маму и папу, за родителей моих одноклассников, за родительских друзей.

Я родилась в 1984 году. Я не буду живописать трудности быта, ужасы дефицита и нехватку самых простых вещей. На эту тему снято и написано за последние годы достаточно. Я расскажу, что несмотря на скудные ресурсы, декрет полтора года вместо трех и работу на заводе без удаленки, мои родители много времени посвящали нам с сестрой. 

Мама еще до нашего рождения читала доктора Спока — на тот момент самого прогрессивного автора в области детского воспитания. Делала своими руками нетонущие шапочки из пенопласта для грудничкового плавания и с младенчества учила нас нырять в ванной. Собирала с нами мозаики и лепила из пластилина, пела песни и читала стихи, учила всему, что положено было уметь ребенку. 

Папа возился с сестренкой, которая пошла в садик с 4 лет, когда маме пришлось выйти на работу.

Мама всегда готовилась с нами к утренникам: учила слова к спектаклям, готовила костюмы: лисы, снежинки. осеннего листочка. Ее шедевр: крылья бабочки из проволоки и раскрашенной марли.

Когда возникали сложности со здоровьем, нас водили по врачам и изыскивали специалистов: невролог, логопед, иглоукалывание.

В 6 лет нас записали на курсы подготовки в школу с углубленным изучением английского, хотя туда пришлось возить меня и сестру на транспорте еще много лет. Нам помогали с уроками и водили в художественную школу. 

Нас по возможности отправляли в лагерь на море или вывозили пожить на реке в каникулы.

Нанимали репетиторов перед поступлением в университеты и всячески поддерживали в наших начинаниях: не давили в выборе профессии, не заставляли получать дополнительное образование, если «душа не лежала».

Мама говорила с нами о наших детских дружбах и тревогах, первых влюбленностях и расставаниях.

Понятно, что родители не справились бы с такой нагрузкой одни. У нас были любящие бабушки и дедушки, которые много помогали родителям.

И это не единственный пример. В моем классе было много детей, которые были окружены такой же заботой. Малышами за ними приходили бабушки и дедушки, в старших классах родители отправляли их за границу — учить английский, водили на кружки и в студии, приходили на концерты и снимали на камеру выступления, делали ремонт в классе.

Каждый жил по возможностям, но детей точно не оставляли на самовыгуле. Я считала это нормой.

Я не хочу романтизировать эти отношения, они были разными, как любые длительные отношения. Родители не всегда могли жалеть, не всегда считали, что наши проблемы — настоящие, учили, что надо быть сильными и много работать, а не бесконечно разбираться в движениях собственной души.

Но их этому и не учили. Они делали больше, чем их родители, и это уже было немало. Так мы и движемся вперед — поколение за поколением. Одно я могу сказать точно — моим папе и маме не было легко.

Радуйте детей и родителей — общайтесь, выбирайтесь вместе на природу, смотрите кино, гуляйте. Теплые воспоминания и хорошие моменты — отличная база для отношений. А оплатить покупки и приятные затраты и получить кешбэк до 10% поможет Халва.   

Родители из 1980-х сегодня

Сегодня мои родители — такие же любящие бабушка и дедушка, как когда-то были их родители. Они не отказывают себе в поездках в отпуск или личном времени, но регулярно берут внуков с ночевкой, играют в настолки, ездят на дачу, возят на кружки или к врачу. И внуки относятся к ним тепло. Даже двенадцати- и тринадцатилетние, которые, кажется, состоят из мемов, странной одежды и отрицания.

Я не жду, что мои родители увезут детей на все лето в деревню — я хочу проводить с ними каникулы сама, не ожидаю, что всю нагрузку в будни заберет старшее поколение. Но знаю, что могу рассчитывать на разумную помощь и готова помогать своим детям в будущем — брать внуков на выходные и помогать с детской логистикой, отпускать молодых родителей на свидания.

Не уверена, что хорошие отношения передаются по наследству, для этого нужны желание тратить время и силы на других, но если перед глазами хорошая модель, шансы велики.

Что это дало мне

Базу, которая помогла мне стать вполне хорошей мамой. Мне повезло: я сразу знала, как надо. Конечно, пришлось учиться: слушать и слышать детей, быть внимательной к эмоциональным потребностям, учиться самой проговаривать чувства и разбираться в них сыновей. Учить их регулировать агрессию, много-много контейнировать их эмоции (а сначала — собственные), учиться не срываться, когда хочется просто всех разобрать на молекулы.

И вот что я думаю. Родительство это в принципе нелегко, и у каждого поколения свои трудности. И всегда были те, кто находил в нем удовольствие, а кто-то уже в процессе понимал, что дети — не его призвание. Обилие негатива в адрес родителей нынешних 30-летних я связываю с тем, что плохие истории собирают больше отклика, а, значит, рассказывать их выгоднее.

Расскажите, в каком лагере вы: из тех, кто рос сам, пока родители работали, или из тех, кого поддерживали с самого детства?