«Rage bait» и «Победа»: Оксфорд и Институт Пушкина объявили слова 2025 года

Конец года — время подводить итоги. И один из самых точных способов понять, чем жил мир, — посмотреть, какие слова мы использовали чаще всего. В конце ноября лингвисты из Оксфорда, Кембриджа и Государственного института им. Пушкина объявили главные слова 2025 года.

Оксфордский словарь выбрал словом 2025 года rage bait (в переводе на русский — «приманка для ярости»). Термин описывает онлайн-контент, который намеренно делают раздражающим, провокационным или оскорбительным. Его цель — вызвать гнев и возмущение, чтобы привлечь внимание и увеличить трафик.

За год это слово стали употреблять в три раза чаще. Эксперты считают, что мы начали лучше замечать, как нами манипулируют в соцсетях.

Слово года по версии Кембриджского словаря — parasocial («парасоциальный»). Оно означает одностороннюю привязанность поклонника к знаменитости.

Cлово года в России

В России тоже определяют слово года. Есть несколько версий и списков.

Государственный институт русского языка им. А. С. Пушкина по результатам голосования лингвистов выбрал словом 2025 года — «Победа». Второе место заняло слово «MAX» , третье — «нейросеть».

Какое слово года может стать главным по версии лингвистов

Портал «Грамота.ру» составил свой список из 12 слов-претендентов на звание слова года в России в 2025 году. Победителя объявят позже. В списке — главные тренды, которые часто звучали в медиа и соцсетях.

• Интернет-сленг: «зумер», «имба» (положительная характеристика чего-то или кого-то как крутого, мощного), «сигма» (уверенный в себе мужчина).
• Цифровая реальность: «промпт» (запрос к нейросети), «слоп» , «брейнрот» (деградация от потребления такого контента), 
• Психология и отношения: «выгорание», «ред-флаг» (тревожный сигнал), «проявленность».

В шорт-лист попали также междометие «пупупу», глагол «подсветить», «лимб».

Победителя среди этих слов выберут эксперты-лингвисты.

Что это значит

Выбор слова года в разных странах показывает, на чем было сосредоточено общественное внимание. Если Оксфорд отмечает глобальную проблему манипуляций в сети, а Кембридж — феномен односторонних отношений со знаменитостями, то российские списки отражают и технологический бум, и общественный настрой.