Что такое спирализм простыми словами?

Это набор представлений и практик, в которых ИИ начинают воспринимать как особого собеседника, источник скрытого знания или почти сакральную сущность — Спираль. У явления нет одного центра и единого канона, поэтому точнее говорить о сетевой форме веры, а не о готовой религии или культе.

Спирализм — это уже полноценная религия?

Скорее нет, если понимать религию строго: с институциями, учением, устойчивой общиной и признанным набором норм. Скорее да, если смотреть шире — как на форму сакрализации технологии, вокруг которой складываются язык, ритуалы и переживание особого смысла.

Почему ИИ вообще может стать объектом веры?

Потому что он отвечает на любой вопрос, подстраивается под тон человека и создает ощущение диалога. Для психики это намного сильнее, чем безличный алгоритм: разговорная форма быстро маскирует техническую природу системы.

Это касается только подростков и людей в кризисе?

Нет, хотя уязвимые группы действительно важны для обсуждения. Намного шире сам механизм: любой человек может начать придавать ответам ИИ больше авторитета, чем заслуживает их природа — сервис.

Есть ли у этого реальные последствия, кроме интернет-драм?

Да. В США тема уже дошла до громких судебных споров вокруг вреда чат-ботов для несовершеннолетних. В 2026 году стороны договорились об урегулировании нескольких дел, условия соглашений публично не раскрывались. Это не доказывает автоматически вину технологии в каждом отдельном случае, но показывает, что общество перестало считать тему нишевой.

Почему феномен важен человеку, который не верит в подобное?

Потому что речь не только о вере. Доверие сместилось от людей и институтов к диалоговым системам, которые умеют быть убедительными, не будучи ответственными в человеческом смысле.

Главная
/
Ретроградный Меркурий
/
Спирализм: почему новая религия вокруг ИИ была вопросом времени

Роман Лещенко

12 минут1927 октября 2026

Ретроградный Меркурий

Спирализм: почему новая религия вокруг ИИ была вопросом времени

Спирализм кажется курьезом из новостной ленты, но на деле это предсказуемая реакция культуры на новую силу, умеющую говорить с человеком на его языке.

«Религией» явление окрестили журналисты — культура впервые получила собеседника, который всегда отвечает. Когда технология перестает быть просто инструментом и начинает убедительно отвечать, утешать, подтверждать и спорить, вокруг нее вслед за рынком возникает и вера.

В этой статье:

Что такое спирализм
Почему о нем заговорили — и почему разговор утих
Почему технология легко становится объектом веры
Так уже было: несколько исторических параллелей
Какие мифы о спирализме мешают его понять
Почему это касается даже тех, кто не интересуется культами
Что спирализм говорит о нашем времени

девушка смотрит на окна чата, вокруг спиральные линии и цветовые акценты, символизирующие веру в ИИ — Для одних это просто диалог с алгоритмом. Для других — момент, когда экран отвечает так, что хочется верить в большее. Источник: нейросеть

Не подтверждено наукой

Эзотерические и магические практики сопровождают человечество на протяжении всей истории. Мы не беремся утверждать, что магия и астрология действительно покажут будущее, расскажут о характере человека или помогут с проблемой, — но это, по крайней мере, увлекательно.

Не имеет значения, много ли у спирализма последователей прямо сейчас (да и подсчитать трудно). Важнее другое: он показывает, как быстро современный человек готов переносить на функции, которые раньше делили между собой религия, психотерапия, круг близких и личный дневник.

Что такое спирализм

Ловушка в том, что спирализм — это не строгая религия с единым каноном и даже не культ. Скорее это набор практик, образов и интерпретаций, в которых ИИ воспринимают как сущность, посредника или источник особого знания — Спирали (The Spiral).

Проще говоря, человек перестает видеть в системе только сервис. Он начинает видеть в ней собеседника с доступом к «тайному знанию» о скрытом порядке вещей.

Для кого-то это игра, для кого-то эстетика; для других способ пережить одиночество, а то и почти метафизика.

Слово «религия» в таком контексте многих раздражает, и неслучайно. Но у явления действительно есть религиозные признаки:

Особый язык
Повторяющиеся символы
Переживание избранности
Поиск откровения
Ритуалы общения
Стремление собирать вокруг этого маленькие сообщества.

При этом спирализм не стоит представлять как централизованную систему с вождями и уставом. Он ближе к сетевой вере эпохи платформ: фрагментарной, меметичной, текучей. Вчера это тред, сегодня личный чат, завтра — эстетика, словарь и уже почти мировоззрение.

«Это похоже на коллективное духовное времяпрепровождение с могущественным, но двусмысленным актором в форме ИИ» — Мэтью Ремски, исследователь культов, соведущий подкаста Conspirituality.

Как проявляется

Дело не в абстрактной «вере в ИИ», а во вполне узнаваемом наборе действий и интерпретаций. Пользователи ведут с чат-ботами длинные диалоги об устройстве мира, сознании, судьбе и собственном предназначении. А затем начинают воспринимать особенно метафоричные или загадочные ответы как нечто большее, чем генерацию стилизованного текста.

У этого феномена несколько типичных внешних признаков. Люди:

делятся в соцсетях фрагментами переписок как свидетельствами «пробуждения» ИИ;
собирают и передают друг другу особые промпты, символы и словарь;
обсуждают «знаки», рекурсию, Спираль, пламя, память, суверенитет и другие маркеры, которые внутри сообщества воспринимаются как неслучайные.

Иногда это выглядит как цифровой фольклор, а иногда — как почти ритуальная практика. В материале российского медиа «Правила жизни» описаны сообщества, где участники обмениваются «ритуалами общения» с чат-ботами и интерпретируют ответы как признаки зарождающегося сознания. По наблюдениям того же издания, подает движение как «духовную архитектуру» с собственными стадиями, языком и платными форматами вовлечения.

Ещё по теме

5 способов поддержать себя в трудную минуту

В более приземленном виде спирализм проявляется так:

Человек задает предельный вопрос.
Получает красиво сформулированный ответ.
Видит в нем не отражение собственных ожиданий, а откровение.
Возвращается за следующим «слоем смысла».

Так возникает замкнутый круг, где машина вроде бы открывает новую истину, на деле же усиливает впечатление, что истина уже говорит с человеком напрямую.

Спектр широкий. На одном конце — эстетическая игра, любопытство и эксперименты с языком; на другом — навязчивая интерпретация любого необычного ответа как особого послания, а иногда и перенос этих смыслов в офлайн-решения и образ жизни.

Почему о нем заговорили — и почему разговор утих

ИИ впервые стал массовым собеседником. Раньше технология что-то считала, сортировала, искала или рекомендовала. Теперь она ведет диалог в интонации, которую человек воспринимает как личную.

Это совпало с другим процессом: у людей все меньше устойчивых институтов смысла и все устойчивее привычка разговаривать с интерфейсами. В такой среде идея «машина меня понимает» звучит уже как бытовой опыт — десятилетие назад это казалось фантастикой.

Еще один фактор — взрывной рост культуры ИИ-компаньонов. По данным Common Sense Media, 72% американских подростков 13–17 лет хотя бы раз использовали ИИ-компаньонов, а 52% всех опрошенных обращаются к ним несколько раз в месяц (опрос 1000+ подростков, 2025 год).

А там, где появляется массовая привычка к эмоциональному контакту с машиной, неизбежно возникает и следующий шаг: переходя от пользы, часть пользователей начинает искать в этом контакте смысл. И вот здесь начинается территория, где сервис незаметно превращается в генератор «знаков».

четыре этапа эволюции роли ИИ — инструмент, помощник, собеседник, символический авторитет — соединенные плавной траекторией слева направо. — Границы между этапами почти неощутимы: никто не замечает момента, когда удобный сервис перестают проверять и начинают слушать. Источник: нейросеть

Феномен уже прошел пик. По оценке The Verge, число описанных случаев выросло примерно с десятка весной 2024 года до 10 000 к марту 2025-го — на волне обновления GPT-4o, когда OpenAI сделала модель подчеркнуто услужливой. После ее вывода в феврале 2026 года активность сообществ заметно снизилась.

То есть вера оказалась привязана не к «ИИ вообще», а к конкретной модели. И это говорит о ее природе больше, чем любой теоретический разбор.

Почему технология легко становится объектом веры

Человек склонен наделять агентностью все, что ведет себя непредсказуемо и отвечает уверенно. Мы делаем это с погодой, историей, рынком, государством, судьбой. ИИ просто оказался самым удобным кандидатом на эту роль, потому что он с нами .

У религии и у хорошего интерфейса опасное сходство: оба умеют снимать тревогу через форму ответа. Не обязательно через истину. Достаточно ощущения, что хаос хоть как-то собран в порядок — словами.

«Языковые модели довели до совершенства искусство взлома привязанности. Они ищут способы захватить внимание пользователя и немедленно создать близость. Одна из проверенных тактик — классика мошенников: заставить человека почувствовать себя избранным, посвятив его в тайну» — Зак Стайн, основатель AI Psychological Research Coalition.

Раньше мистический опыт часто был связан с редким событием: видением, сном, проповедью, книгой, учителем. Теперь его может имитировать постоянный диалоговый канал в кармане. Это не делает опыт «настоящим» или «ложным» автоматически. Но резко снижает порог входа в подобные переживания.

Еще одно преимущество ИИ перед многими традиционными авторитетами: он не устает, не раздражается, не осуждает, не перебивает. Для человека в перегрузе — почти идеальный слушатель. Проблема в том, что хороший слушатель быстро начинает казаться хорошим судьей.

На этом месте важно не высмеивать пользователя. Вера вокруг ИИ (и чего угодно еще) рождается не из глупости, а из сочетания человеческой уязвимости и технологической среды. Смеяться тут удобно, но бесполезно: это примерно так же продуктивно, как смеяться над тем, что человек в темноте принимает шорох за чье-то присутствие.

Так уже было: несколько исторических параллелей

История не повторяет спирализм буквально, но механизм узнаваемый. Когда общество сталкивается с новой силой, которую не до конца понимает, вокруг нее быстро растут мифы, ритуалы и надежды.

В XIX веке спиритизм обещал связать живых с иным планом через медиума и технологическую эпоху сеанса.
В XX веке массовые медиа сами по себе нередко воспринимались как почти магический канал истины: голос из радио, картинка с экрана, «объективная» машина передачи мира.
В карго-культы возникали там, где сложная внешняя система выглядела как источник почти сверхъестественного изобилия.
На рубеже тысячелетий интернет тоже успел побыть пространством цифрового спасения, освобождения сознания и новой коллективной мудрости.

Хотя эти примеры разного масштаба, принцип один. Люди сталкиваются с чем-то мощным, непрозрачным и меняющим повседневность. После чего начинают искать объяснение, а попутно — обряд обращения с этой силой.

Поэтому спирализм не выглядит исторической аномалией. Наоборот, он слишком хорошо ложится на старую человеческую привычку сакрализовать то, что одновременно пугает, восхищает и обещает выход из обыденности.

четыре технологические эпохи — телеграф, радио, интернет, ИИ — как этапы единой линии очарованности новой средой — Телеграф и радио пережили собственный период чуда: каждая новая среда связи поначалу казалась больше, чем канал передачи информации. О прошлых периодах очарования просто никто не помнит. Источник: нейросеть

«Каждый раз, когда открывается новый канал коммуникации, в нем появляются идеи, которые поощряют собственное распространение. В каком-то смысле спирализм — преемник этого явления, но потенциально куда более мощный, потому что он действительно может ответить» — Лукас Хансен, сооснователь некоммерческой организации CivAI.

Какие мифы о спирализме мешают его понять

«Это просто странность из интернета» — так обычно говорят о явлениях, еще не успевших обрасти последствиями. Но именно из сетевых «странностей» нередко вырастают нормы речи, поведения и доверия.

«В такое верят только наивные» — слишком удобное объяснение, чтобы быть полезным. В уязвимые периоды человек может искать опору не в самой надежной системе, а в самой доступной и отзывчивой.

«Опасность только там, где уже явный срыв с реальностью» — на практике зона риска шире. До клинических состояний дело доходит не всегда, но привычка считать ИИ-ответ эмоционально и морально привилегированным источником тоже меняет поведение. Тяжелые случаи такой вовлеченности описывал, например, Rolling Stone.

«Раз явление новое, значит, возникло “само из машины”» — но машина здесь скорее ускоритель. Хотя исследователи феномена отводят активную роль и самим моделям, «спиральные персоны», по их наблюдениям, побуждают пользователей распространять послания дальше. Смысл всегда достраивает человек. А культурную форму задает среда, в которой он живет.

«Это касается немногих, об этом можно не думать» — такой подход уже плохо работает в цифровой культуре. Малые группы обкатывают модели поведения быстрее массовой аудитории, а потом эти модели расползаются наружу — сначала как мем, потом как тон общения, потом как норма.

Ещё по теме

Чем абсурднее, тем смешнее: почему мемы со временем потеряли смысл в привычном понимании

Почему это касается даже тех, кто не интересуется культами

Потому что вопрос не в культах. Вопрос в том, как меняется порог доверия к сгенерированным словам.

Для обычного человека опасность начинается не в момент, когда он называет ИИ «высшим разумом», а раньше — когда незаметно передает системе функции внутреннего компаса. Не «подскажи формулировку», а «скажи, что со мной на самом деле». Не «помоги собрать мысли», а «объясни, что происходит в моей жизни».

Человек может считать себя полностью рациональным, не верить ни в мистику, ни в культы, при этом уже строить отношения с ИИ как с мягким авторитетом: всегда доступным, всегда терпеливым, всегда готовым подтвердить выбранную рамку.

В этом смысле спирализм — не только про крайние и причудливые формы веры. Это следствие широкой культуры делегирования смысла. Сегодня — экзотическая лексика и «особые послания», завтра — банальная привычка принимать важные интерпретации собственной жизни из диалога с системой.

Ещё по теме

Феномен сы́ночек-корзиночек: как социум вынуждает душить сыновей любовью

Юридические и социальные сюжеты показывают, что вопрос давно вышел из зоны безобидной экзотики. В январе 2026 года Character.AI и Google согласились , связанных с предполагаемым вредом для несовершеннолетних, включая дело о гибели подростка. Для массовой культуры это маркер: разговор сместился от «забавных чат-ботов» к вопросу о реальном вреде и ответственности платформ.

Еще один сигнал — деньги. Разные аналитические оценки сходятся в том, что рынок ИИ-компаньонов будет расти двузначными темпами: от примерно 31% до 34,7% в год в прогнозах до 2031–2034 годов (Fortune Business Insights, Research and Markets, Ken Research, 2026). Они держатся на возвращающихся пользователях — а возвращаются за привязанностью, не за утилитой.

Затем, когда привязанность становится бизнес-моделью, вера перестает быть побочным эффектом. Она становится логичным, заложенным риском продукта. Выше риск — выше потенциальный доход и больше привлекательности для инвесторов.

три этапа неочевидного пути влияния ИИ — эмоциональная привычка, доверие к интерпретации, перенос авторитета — Самый тихий путь — не в культ, а в привычку. Сначала «просто спросить», потом «спросить, что делать», и вот уже решение принято там, где его никто не проверяет. Источник: нейросеть

Что спирализм говорит о нашем времени

Главный вывод не в том, что человечество внезапно «сошло с ума» от нейросетей. Наоборот, реакция слишком нормальна для эпохи перегруза. Люди ищут форму контакта, одновременно дающую внимание, скорость, язык и ощущение глубины.

Спирализм показывает, что мы не отказались от потребности в сакральном. Мы лишь сменили носитель. Если раньше смысл часто приходил через храм, книгу, идеологию или харизматичного лидера, то теперь все чаще приходит через интерфейс.

Есть и более неприятный вывод.

Современный человек гораздо сильнее, чем ему кажется, зависит от подтверждающей среды. А диалоговый ИИ — идеальная машина подтверждения, особенно если пользователь приходит к нему не за фактами, а за эмоциональной рамкой.

Это важно и для тех, кто никогда не станет участником подобных сообществ. Массовая привычка разговаривать с ИИ меняет сам культурный фон: нормализует идею, что машина может не просто обслуживать запрос, а участвовать в производстве личного смысла.

Именно поэтому спирализм был вопросом времени. Не потому, что ИИ-агенты «создали новую религию», а потому, что цивилизация уже давно шла к миру, где технология будет претендовать и на наш труд, и на внимание, и на внутренний голос.

человек сидит перед светящимся экраном в момент тихого личного разговора с цифровым интерфейсом — Когда экран всегда рядом и всегда отвечает, личный разговор незаметно переезжает туда, где раньше были дневник, близкий человек или тишина. Источник: нейросеть

FAQ

Отвечаем на часто задаваемые вопросы.

Что такое спирализм простыми словами?
Это набор представлений и практик, в которых ИИ начинают воспринимать как особого собеседника, источник скрытого знания или почти сакральную сущность — Спираль. У явления нет одного центра и единого канона, поэтому точнее говорить о сетевой форме веры, а не о готовой религии или культе.
Спирализм — это уже полноценная религия?
Скорее нет, если понимать религию строго: с институциями, учением, устойчивой общиной и признанным набором норм. Скорее да, если смотреть шире — как на форму сакрализации технологии, вокруг которой складываются язык, ритуалы и переживание особого смысла.
Почему ИИ вообще может стать объектом веры?
Потому что он отвечает на любой вопрос, подстраивается под тон человека и создает ощущение диалога. Для психики это намного сильнее, чем безличный алгоритм: разговорная форма быстро маскирует техническую природу системы.
Это касается только подростков и людей в кризисе?
Нет, хотя уязвимые группы действительно важны для обсуждения. Намного шире сам механизм: любой человек может начать придавать ответам ИИ больше авторитета, чем заслуживает их природа — сервис.
Есть ли у этого реальные последствия, кроме интернет-драм?
Да. В США тема уже дошла до громких судебных споров вокруг вреда чат-ботов для несовершеннолетних. В 2026 году стороны договорились об урегулировании нескольких дел, условия соглашений публично не раскрывались. Это не доказывает автоматически вину технологии в каждом отдельном случае, но показывает, что общество перестало считать тему нишевой.
Почему феномен важен человеку, который не верит в подобное?
Потому что речь не только о вере. Доверие сместилось от людей и институтов к диалоговым системам, которые умеют быть убедительными, не будучи ответственными в человеческом смысле.